Ч тобы ты со всем счастьем справил много дней рождения твоих детей, гордость твоих родителей, любимец народа, возлюбленный твоих друзей, достойный твоей судьбы, твоего рода и твоего положения, — охотно отдал бы я всю мою жизнь, не только ту скудную её долю, что мне теперь осталась, но и ту, что я уже прожил, если бы её можно было каким-то образом вернуть мне целиком и потратить как уплату долга на благо тебя самого и твоих детей. Если бы я мог ходить с удобством, это был бы тот день, в который я желал бы среди первых1 обнять тебя; но я должен, как видишь, сделать своим ногам некоторую уступку, ибо в них не много хода. Я подумываю испробовать воды. Если приближусь к решению, я дам тебе знать. Прощай, мой сладчайший господин. Передай весточку от меня твоей Фаустине и поздравь её,2 и поцелуй наших маленьких госпож от моего имени и, как я всегда делаю, их ножки и ручки тоже. Передай привет госпоже.3
≈ 154–156 гг. н. э.
Моему наставнику, привет.