Я был так удручён душою, что не мог . . . . Но по получении твоего письма сам тот факт, что ты написал собственной рукой, поднял мои надежды с самого начала; затем пришла твоя добрая весть, что после трёхдневного поста и скорого и довольно решительного кровопускания ты избавился от риска грозившей болезни.1 Так я перевёл дух, и оправился, и вознёс свои молитвы у каждого очага, алтаря, священной рощи и посвящённого дерева — ибо я гостил в деревне. И теперь я жду услышать из твоего следующего письма, насколько прошедшие дни помогли восстановить твои силы. Ибо, право, гораздо большая забота и внимание потребны теперь, чтобы ты наполнял свои жилы постепенно и не слишком торопился восстановить утраченные силы. Ибо есть поверье, проверенное и переданное преданием, что кровь, когда её в избытке, надо скоро отвести, но впоследствии её надо восполнять медленно, понемногу.
Я прошу и умоляю тебя, мой господин, позаботься, как подобает твоему высокому нраву, быть бережливым, умеренным и сдержанным2 во всех твоих желаниях, которые ныне, после воздержания, какое ты соблюдал по необходимому случаю, неизбежно дадут о себе знать острее и назойливее обычного.
Передай привет господину твоему брату,3 чьё здоровье ты обеспечишь, если будешь здоров сам. Прощай, сладчайший господин.
≈ 162 г. н. э.
Фронтон — Велию Руфу Сенексу,4 привет.