Н е знаю, как это выходит . . . . все провинциалы говорят; делать к тому же многое более кропотливо, чем требует само дело: памятные записки о судебных разбирательствах, наконец, все письма, что относятся к провинции. Они помогут тебе . . . .1 чтобы ты усердно исполнял все свои обязанности . . . .2 обходись с провинциалами уважительно, дабы оправдалось изречение классических древних, что один и тот же человек может быть и игрив, и деятелен. Валериан3 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .4; и наш друг Валериан не смог меня повидать. Я не желаю быть любимым господами нашими императорами5 ни на каких иных условиях, кроме того, чтобы и ты, сопричастник моего тела и ума, был включён в их любовь; и при их добром нраве я уверен, что так и будет.
Пока я пишу тебе, мне немного лучше. Я всё ещё, правда, в это время, после моего весьма затянувшегося нездоровья, которое, несмотря на заботу . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . грубо обошлись, я произнёс в сенате . . . .6 меня просили повторить её. Непременно, мой Навкеллий, позаботься о своём здоровье, чтобы быть крепким, когда приедешь к нам. Бог даст, ты найдёшь и меня немного крепче. Наш друг Валериан рассказал тебе о великих ударах, которые со всех (сторон) . . . .7 Я обошёлся с ним твёрже, чем со Стратонабией или Пираллом.8 Льняное покрывало . . . . . . . .9
Фронтон — Марку Антонину, императору
162 г. н. э.
Моему господину.10
. . . .