Жанр и место в книге. Второй параграф каталога долгов — об отце Марка, M. Annius Verus младшем (см. ЛИЦОкарточку). Общие жанровые конвенции Книги I — каталог долгов, формула «παρὰ τοῦ X», именование без аргумента и без глагола — разобраны в 01-01; здесь отмечу только то, чем 01-02 от стандартной формулы отклоняется. А отклоняется он сильно.

Уникальная конструкция параграфа. В отличие от всех остальных параграфов Книги I, выстроенных по схеме «παρὰ τοῦ X» («от такого-то»), 01-02 даёт «παρὰ τῆς δόξης καὶ μνήμης τῆς περὶ τοῦ γεννήσαντος» — «от доброго имени и памяти об отце». Это единственное место в Книге I, где источником долга оказывается не сам человек, а опосредующий слой свидетельств о нём. Биографическое объяснение лежит на поверхности: отец Марка умер около 124 г. н.э., когда Марку было приблизительно три года; Марк его лично не знал. Доступ к отцу как этическому источнику возможен только через δόξα (репутация, общественное суждение о нём) и μνήμη (память тех, кто его знал). Синтаксис прямо отражает онтологию этой связи: между Марком и отцом стоит посредник — традиция-о-нём.

Перифраза «τοῦ γεννήσαντος». Марк нигде в Книге I не называет биологического отца словом πατήρ. Здесь — субстантивированное причастие γεννήσας («родивший»). Между тем титул ὁ πατήρ Марк употребляет — и неоднократно — применительно к Антонину Пию, своему усыновителю и образцу (особенно в 01-16 и 01-17). Эта избирательность не случайна:

• Зарезервированность. πατήρ — слово, которое Марк сохраняет для того, кто реально его воспитал; биологическое отцовство, само по себе, права на это слово не даёт.
• Эмоциональная дистанция. Описать как «отца» того, кого ты не помнишь, — было бы фальшивым жестом.
• Платоновский регистр. γεννήσας / γεννήσαντες — стандартный язык филиальной этики в Государстве и Законах, где это слово несёт оттенок объективного, скорее юридического, чем эмоционального, отношения к рождающему.

Две добродетели.

1. τὸ αἰδῆμον — субстантивированная форма от ТЕРМИНαἰδώς (см. отдельную карточку: одновременно «стыд», «благоговение» и «самоуважение»). Эпиктет, к которому Марк здесь, по-видимому, восходит, определяет αἰδώς как внутренний удерживающий принцип — «дочь προαίρεσις» (Disc. 1.5), последняя черта, отделяющая человека от животного. Атрибуция αἰδῶς отцу — это не приписывание робости или стеснительности (бытовое русское «скромность» здесь обманчиво), а высокое стоическое качество: способность не делать постыдного из уважения к собственному разуму.
2. τὸ ἀρρενικόν — от ἄρρην («мужской», биологически), производное прилагательное ἀρρενικός. Марк, что показательно, не использует канонический стоический термин ἀνδρεία (мужество как одна из четырёх кардинальных добродетелей). Выбор более «природного», менее технического слова — характерный для Книги I манёвр: семейные качества Марк предпочитает называть тем словарём, каким их называли в семейном кругу, а не школьным жаргоном Стои. Содержательно — пара αἰδῶς + ἀνδρεία стара как Гомер: αἰδώς удерживает от позорного поступка, ἀνδρεία выполняет правильный (Hom. Il. 13.121–124; Plat. Prot. 322c). Марк наследует это парное соединение и переносит на отцовский этос.

Биографическая справка. Отец Марка — претор, умер приблизительно 124 г. н.э., когда Марку было около трёх лет (SHA Marcus, ch. 1: «patre orbatus est primum, dum praetorem ageret» — фраза из ранних глав, точный подраздел сверять по Hohl Teubner [verify:hohl]; подробнее см. ЛИЦОкарточку). Современная просопография (Birley, Marcus Aurelius, главы о ранних годах) даёт praenomen отца как Marcus — то есть M. Annius Verus, как у деда и (поначалу) у самого Марка. Примечание Роговина даёт «Пубий», что расходится с современным консенсусом; точный источник этой формы у Роговина установить трудно (возможно, более старая, ныне отброшенная традиция русско-/немецкоязычной литературы XIX в.). Замечание Роговина о Фаустине верно: Annia Galeria Faustina (Faustina the Elder), жена Антонина Пия, была сестрой отца Марка — через эту связь дом Анниев и оказался в кровном родстве с правящим домом.

Композиционный pendant — 1.16. Главный композиционный «двойник» 1.2 — это 01-16, расширенный портрет Антонина Пия. Структурное противопоставление наиболее заметно именно здесь: 1.2 — краткая тень биологического отца, к которому у Марка только опосредованный доступ через δόξα и μνήμη; 1.16 — длинный, в шесть-семь раз более развёрнутый образ отца-по-усыновлению, виденного и пережитого лично. Это самая значительная композиционная фигура Книги I: два «отца» Марка получают пропорционально полярные трактовки, и эта диспропорция — главное содержательное высказывание книги о его собственной биографии.

Параллели. Терминологический фон αἰδώς — Hom. Il., кн. 13 (паренный αἰδώς + ἀνδρεία в бою); Hes. Op. (уход Αἰδώς и Νέμεσις с земли как знак конца железного века; точное место — раздел о пяти веках, сверять [verify:loeb]); Plat. Prot. 322c (αἰδώς и δίκη — дары Зевса, без которых нет полиса); Arist. EN 4 (αἰδώς как «пред-добродетель», не полноценная virtue; точная Bekker-пагинация сверять [verify:bekker]). Стоическое переосмысление — Epict. Disc., кн. 1 (αἰδώς как «дочь προαίρεσις»); Disc. кн. 3 (αἰδώς как принципиальное отличие человека от животного); Disc. кн. 4 (парное αἰδῶς + ἀνδρεία). Современное исследование понятия — D. Cairns, Aidōs (Oxford, 1993); о стоической рецепции — A. A. Long, Epictetus: A Stoic and Socratic Guide to Life (Oxford, 2002).