Не предложение, а формула. В греческом нет главного глагола: Σφαῖρα ТЕРМИНψυχῆς ОБРАЗαὐτοειδής — «шар души, самообразный», и дальше одно придаточное с ὅταν. Это назывное определение, вроде записи в тетради, а не рассуждение. Αὐτοειδής — «имеющий собственный вид», то есть не принявший форму от чего-то другого: шар потому и шар, что ничем не деформирован.

Четыре порчи, а не одна. Условие дано через четыре отрицания, и каждое — своя деформация: ἐκτείνηται ἐπί τι («растягивается к чему-то» — вожделение, вытягивающее душу наружу); ἔσω συντρέχῃ («сбегается внутрь» — сжатие в страхе или унынии); σπειρᾶται («развёртывается, рассеивается»); συνιζάνῃ («оседает, проваливается» — упадок). Две первые — противоположные пороки, две вторые — потеря собранности и потеря опоры. Шар портится не одним способом.

Свет вместо действия. Единственное положительное сказуемое — φωτὶ λάμπηται, «светится светом». Шар ничего не делает: он светит, и тем самым видит. Ср. 8.57, где ум — луч (τάσις), который не ломит и не рушится, а стоит и освещает; здесь два образа сведены: фигура шара даёт неуязвимость, свет даёт познание.

Две истины одним взглядом. τὴν ἀλήθειαν … τὴν πάντων καὶ τὴν ἐν αὑτῇ — «истину всего и ту, что в ней самой». Одна способность видит и мир, и себя; это то же свойство разумной души, которым открывается книга (11.1: ἑαυτὴν ὁρᾷ). Здесь оно дано не как перечень свойств, а как оптика.

Почему образ эмпедокловский. Σφαῖρος у Эмпедокла — совершенное шаровидное состояние космоса под властью Любви. Марк переносит фигуру с космоса на душу и делает её нормой внутреннего состояния: цельное, ничем не растянутое и не вдавленное. Ср. 8.41, где тот же шар назван недосягаемым для помех. Ведущая дисциплина — согласия, несущая — желания.