Каламбур, на котором держится вся мысль. Двенадцать слов, и все они вращаются вокруг одного корня: συμ-φέρει («сносит вместе» → «полезно») и φέρει («несёт, приносит»). По-гречески «полезное» и «принесённое» — одно слово с приставкой и без. Марк этим пользуется как доказательством: то, что природа при-носит, тем самым и с-носится к пользе; связь не установлена извне, она уже в языке. Ни один перевод этого не удерживает — ни Long («is for the good» / «brings»), ни Роговин («пристало» / «стало»), — и удержать по-русски или по-английски нечем.

Вторая половина важнее первой. Первое предложение можно было бы прочесть безобидно: полезно то, что посылает ТЕРМИНприрода Целого. Но дальше — καὶ τότε, «и тогда»: полезно именно в тот момент, когда она приносит. Отсекается последняя лазейка утешения — «может, потом пригодится», «со временем поймёшь». Польза не отложена и не выяснится позже: она совпадает с событием во времени (ср. 10.5 — приготовлено из века; 5.8 — предписано, как предписывает врач).

Почему это не тавтология. Формально утверждение выглядит замкнутым: полезно то, что приносится, потому что приносится. Но у стоиков это не круг, а вывод из ДОГМАустройства Целого: природа не содержит ничего себе неполезного (10.6), а часть не может страдать от того, что полезно Целому (6.45). Пассаж — сжатая до афоризма форма того довода. ДОГМАПринятие здесь не усилие воли, а следствие физики. Ведущая дисциплина — желания, несущая — согласия.