Требование, обращённое не к молве, а к факту. Μηδενὶ ἐξέστω εἰπεῖν ἀληθεύοντι — «пусть никому не будет правдиво сказать» о тебе, что ты не прост и не ТЕРМИНблаг. Ход тонкий: Марк не запрещает молву — он требует, чтобы у неё не было основания. Разница договорена следующим словом: ἀλλὰ ψευδέσθω — «пусть лжёт» всякий, кто такое о тебе ТЕРМИНподумает. То есть чужая ὑπόληψις не запрещается и не оспаривается: пусть думает, но пусть при этом заблуждается.

Почему это выполнимо. ДОГМАπᾶν δὲ τοῦτο ἐπὶ σοί — «всё это в твоей власти», и тут же вопрос-проверка: τίς γὰρ ὁ κωλύων; — «кто же мешает?» Требование не утопично именно потому, что относится не к репутации (не в нашей власти), а к тому, чтобы быть таким (в нашей). Ср. 10.16 — «хватит рассуждать, каков хороший человек, — стань им».

Резкость финала. σὺ μόνον κρῖνον μηκέτι ζῆν, εἰ μὴ τοιοῦτος ἔσῃ — «только реши не жить дальше, если не будешь таким». И обоснование: οὐδὲ γὰρ αἱρεῖ ТЕРМИНλόγος μὴ τοιοῦτον ὄντα — «ибо и разум не берёт (не одобряет) быть не таким». Глагол αἱρεῖ здесь в школьном смысле «разум так постановляет»; речь не о порыве к смерти, а о том, что жизнь без этого не проходит проверку разумом. Тот же ход, что в 10.8 (не удержал имён — уходи) и 5.29 («дым — и я ухожу»): смерть названа не выходом из тягот, а следствием отказа от собственного определения. Ведущая дисциплина — действия, несущая — согласия.