Восемь пунктов и ни одного сказуемого. Как и 12.7, запись сделана назывным строем: один инфинитив θεάσασθαι в начале и дальше сплошь винительные и косвенные вопросы, разделённые точками. Это оглавление курса, а не рассуждение; каждый пункт — заголовок темы, которую пишущий умеет развернуть сам и потому не разворачивает.

Обнажение переносится с людей на причины. γυμνὰ τῶν φλοιῶν повторяет слово из 12.2, где φλοιοί — оболочки чужих правящих начал. Здесь тот же приём наведён не на людей, а на τὰ αἰτιώδη, «причинное в вещах»: смотреть на причину, сняв с неё всё наросшее. Так богословская картинка 12.2 (бог видит голым) окончательно превращается в рабочий инструмент.

Четыре τί и то, что за ними стоит. πόνος, ТЕРМИНἡδονή, θάνατος, δόξα — ровно те четыре вещи, вокруг которых вращается обычная жизнь: две тянут, две гонят. Марк не даёт им оценок, а ставит перед каждой τί, «что это такое»: определение и есть терапия, ср. 3.11, где велено на всякое представление составлять ὅρος ἢ ὑπογραφή.

Поворот к себе — и дважды. После четырёх безличных вопросов идут два личных: τίς ὁ ἑαυτῷ ἀσχολίας αἴτιος («кто сам себе причина занятости») и πῶς οὐδεὶς ὑπ’ ἄλλου ἐμποδίζεται («как никто не бывает никем стеснён»). Слово ἀσχολία — «недосуг, занятость» — то же, которым кончалась 12.2 (ἀσχολήσεται): два соседних пассажа держатся одной заботы о том, чем занят ум.

И замок. ὅτι πάντα ТЕРМИНὑπόληψις — «что всё есть мнение». Формула поставлена последней, потому что она обосновывает все предыдущие пункты разом; она же откроет 12.22, где к ней добавлено решающее: καὶ αὕτη ἐπὶ σοί, «и оно в твоей власти». Ср. 4.7: сними мнение — снято «я потерпел вред». Ведущая дисциплина — согласия, несущая — желания.