Αἴσθου ποτέ. «Заметь наконец» — частица ποτέ несёт нетерпение и лёгкий укор: не «пойми», а «когда же ты уже заметишь». Тон здесь не наставительный, а досадливый; Роговин передаёт это точно («Пойми же, наконец»).

Сравнительная степень, а не звание. κρεῖττόν τι καὶ δαιμονιώτερον — «нечто лучшее и более божественное». Не «божественное», а более божественное, и мерка задана тут же: в сравнении с тем, что производит страсти. Марк не описывает ТЕРМИНдаймона и не называет его по имени — он указывает на него отношением: то в тебе, что выше дёргающего тебя.

Кто здесь кукловод. νευροσπαστεῖν — работа кукольника, водящего фигурки на жилах-нитях (νεῦρα). И тут важна перестановка: в 10.38 нити тянет внутреннее («помни, что дёргающее за нити — то, скрытое внутри»), а здесь — ТЕРМИНстрасти, и человек оказывается на месте куклы. Ср. 6.28, где смерть названа передышкой от «кукольной дёрготни побуждения», и 7.29: στῆσον τὴν νευροσπαστίαν, «останови дёрготню».

Вторая половина — не рассуждение, а замер. τί μου νῦν ἐστιν ἡ διάνοια; и дальше четыре вопроса с μή, каждый из которых по-гречески подразумевает ожидаемый ответ «нет»: не страх ли? не подозрение? не вожделение? Список короткий и подобран по видам: два вида уклонения (φόβος, ὑποψία) и один вид влечения (ТЕРМИНἐπιθυμία). Точный двойник — 5.11: «к чему я сейчас прилагаю свою душу? … и чью душу я сейчас имею — дитяти? юнца? бабёнки? тирана? скотины? зверя?» Там перечень длиннее и злее, здесь короче и суше; приём один и тот же. Ведущая дисциплина — согласия, несущая — желания.