Три правила, и каждое — известное упражнение. Πρόχειρα ἔχειν, «иметь под рукой», — тот самый термин, за которым стоит образ 12.9: рука панкратиаста. Что именно держат под рукой, здесь названо по пунктам, и каждый пункт есть свёрнутое имя приёма: (1) правило поступка, (2) УПРАЖНЕНИЕразложение, (3) УПРАЖНЕНИЕвзгляд сверху.

Первое: мера поступка — не польза, а Правда. ὡς ἂν ἡ Δίκη αὐτὴ ἐνήργησεν — «как поступила бы сама Дике». Марк не говорит «справедливо», он вводит лицо: Δίκη есть богиня, и мерой берётся не правило, а её образ действия. К этому добавлена дизъюнкция о внешнем: κατ’ ἐπιτυχίαν ἢ κατὰ ТЕРМИНπρόνοιαν — «по случайному попаданию или по промыслу», — и обе ветви закрыты одинаково: ни на случай не пенять, ни промысла не винить (ср. трёхчленную развилку 12.14).

Второе: жизнь вещи от семени до возврата души. ἀπὸ σπέρματος μέχρι ψυχώσεως и от ψύχωσις до τοῦ τὴν ψυχὴν ἀποδοῦναι — «до отдачи души». Глагол ἀποδίδωμι означает возврат долга: душа не теряется, а возвращается. И к продольному разрезу добавлен поперечный — ἐξ οἵων ἡ σύγκρισις καὶ εἰς οἷα ἡ λύσις, из чего сложено и во что распустится; ср. 12.10 и 12.18.

Третье: подъём — и то, что видно каждый раз. μετέωρος ἐξαρθείς — «поднятый вверх»; ср. 9.30. Но у Марка вывод не в презрении к малому, а в однообразии: ὁσάκις ἂν ἐξαρθῇς, ταὐτὰ ὄψῃ, «сколько бы раз ни поднялся, увидишь то же». Два слова итога — τὸ ὁμοειδές, τὸ ὀλιγοχρόνιον, «одновидность, кратковременность». И последняя фраза бьёт наотмашь: ἐπὶ τούτοις ὁ τῦφος — «и на этом-то — спесь». Τῦφος есть «чад, дым» и в переносном смысле «надутость»; слово вернётся в 12.27, где спесь по поводу отсутствия спеси названа худшей из всех. Ведущая дисциплина — согласия, несущая — действия.