Место не властно над даймоном. Первый такт — ДОГМАполное безразличие к месту: «Возьми меня и забрось, куда пожелаешь» (ἆρόν με καὶ βάλε, ὅπου θέλεις) — и там я сохраню ТЕРМИН«свой гений благорасположенным» (ἵλεων), то есть «удовлетворенным» (ἀρκούμενον), если «его состояние и деятельность будут отвечать свойственному ему строению» (κατὰ τὸ ἑξῆς τῇ ἰδίᾳ κατασκευῇ). Внутренний бог не привязан к географии: изгнание, дворец, поле боя — всё равно, лишь бы правящее начало жило по своей природе (ср. 4.3 — убежище внутри; 10.15).

Что не стоит души. Второй такт — оценочный вопрос, дословно: «стоит ли это (перемена места, любое внешнее) того, чтобы из-за него ТЕРМИНдуша стала „хуже самой себя“?» Марк перечисляет четыре деформации: «принижаясь» (ταπεινουμένη), «вожделея» (ὀρεγομένη — тянясь наружу), «сжимаясь» (συνδυομένη), «пугаясь» (πτυρομένη). Это те самые вмятины, что продавливают ум-шар: вытягивание в страсти и стягивание в страхе. И вывод-обух: «И есть ли вообще что-нибудь, что стоило бы этого?» — ни одно внешнее благо не окупает порчи ведущего начала. Ведущая дисциплина — желания (принять любое место), несущая — согласия (не дать душе исказиться).