Эпикурово обезболивающее. Вторая заметка серии «Περὶ …». Открывающая максима — прямое заимствование у Эпикура (KD 4; Марк цитирует его по имени в 7.64): боль невыносимая — «выводит» (ἐξάγει — «уносит», убивает: значит, кончится скоро), боль длящаяся — тем самым выносима (φορητόν). Дилемма закрывает обе створки страха: сильное — коротко, долгое — посильно. Стоик спокойно берёт лучший инструмент из чужой школы — как и в 7.32, где годится любая метафизика: терапия важнее цеховой принадлежности.

Изоляция и демаркация. Вторая половина — собственно стоическая механика: рассудок «хранит ТЕРМИНсвою гладь путём отгораживания» (κατὰ ἀπόληψιν — «отсечения, изоляции»: боль обносится границей, как в 5.26 — περιοριζέτω), и ТЕРМИНправящее начало «не стало хуже» (οὐ χεῖρον γέγονε — та же формула невредимости, что в 7.22). Финал повторяет ведомственное разделение 7.16: страдающим частям дано право «заявить о себе, если могут» (ἀποφηνάσθω — почти протокольное «пусть сделают заявление») — телу слово, уму приговор. Текстовая деталь: наш источник читает ἀπόληψιν («изоляция»; так и Long — by retiring into itself), Роговин же переводил чтение ὑπόληψιν — «силою убеждения»; доктринально обе ветви сходятся в одном: мир души — её собственное производство. Ведущая дисциплина — желания, несущая — согласия.